«Всё, что не убивает нас, делает нас сильнее». Наверное, эти слова справедливы почти всегда, но есть и исключение — когда речь идет о детях. Два бывших детдомовских пацана выжили и даже добились материального благополучия, один из них так и вовсе стал олигархом. Но детская душа не вынесла злобы, жестокости и предательства, выпавшие на ее долю, — сломалась. И когда человек вырос, он оказался «дядей Камнем».

Об этом, хотя не только об этом, — российский фильм «Камень», представленный 19 января в тюменском «Созвездии развлечений» (ТРЦ «Колумб») на пресс-показе. Хороший фильм, сильный — по накалу страстей, поставленным вопросам и актерской игре. Поэтому хочется, не предваряя собственных впечатлений тех, кого заинтересует картина, сказать: иди и смотри.

Фильм — о зле, которое уже не верит и никогда не поверит в добро, ненависти и мести. Герой, которого играет Сергей Светлаков, — убийца и похититель ребенка. Но почему из «малого» — светловолосого, ясноглазого, простодушного мальчишки вырос злодей? По ходу действия создатели картины рассказывают нам об этом. И не сочувствие, но все-таки понимание «дяди Камня» у зрителей появляется.

«Справедливая месть» — бессмысленные слова. Месть не может быть справедливой, она разрушает жизнь самого «мстителя» — эту истину еще раз подтверждают авторы «Камня». Обиженный, униженный, преданный единственным другом мальчик стал сильным и отплатил всем — убил, заставил страдать и умереть своих мучителей и… Не нашел после этого — чем жить и как жить. Как любить, хотя любовь казалось бы — вот, рядом, только руку протяни.

Пока была боль, чувствовал, что живу, — признается в последнем внутреннем монологе герой Светлакова. Но боль ушла. И остался камень. А на камне ничего не растет.

В российском кино олигархов уже сняли столько, сколько их, наверное, нет и в реальности. Но в «Камне» весь этот антураж материального благополучия и немереные возможности ну очень больших денег рассыпаются, когда дело доходит до вещей более простых, сущностных. Какой бы навороченной ни казалась современная жизнь с ее скоростями, техническими возможностями, увеселениями — когда дело доходит до проблемы выбора, любви, смерти — человек предстает таким, каким он был всегда. Сильным и слабым, честным и подлым, любящим и предающим. Одновременно. И в этом не только трагизм, но и надежда.